Омар Хайям — великий персидский поэт, философ и учёный XI–XII веков, чьи рубаи (четверостишия) стали классикой мировой лирики. В его любовной поэзии переплетаются чувственность и философская мудрость, восточная образность и глубокие размышления о быстротечности жизни. Хайям воспевает земную любовь как высшую ценность, призывая ловить мгновения счастья и не откладывать радость на потом. Его стихи о любви пронизаны мотивами вина, роз и весны — символами наслаждения и красоты бытия. Эти рубаи, полные страсти и мудрости, продолжают волновать сердца читателей спустя столетия, напоминая о вечной силе любви и неповторимости каждого прожитого мгновения.
Мгновение с любимой
Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало,
Два важных правила запомни для начала:
Ты лучше голодай, чем что попало есть,
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.
Вино и возлюбленная
Мне роза шепчет: «Для чего на свете я?»
Я отвечаю: «Чтобы радость дарить любя».
Взгляни на розу — утром так прекрасна,
А к вечеру увянет, красоты своей лишась.
О страсти земной
Когда с любимой наедине ты пребываешь,
Весь мир забудь и только ей внимай.
Мгновенье это — вечность для влюблённых,
Лови его, не отпускай, не упускай.
Весна любви
Приди, любимая! Весна пришла, ликуя,
Деревья облеклись в зелёный свой наряд.
Налей вина, возьми в свои ладони лютню —
Пока мы живы, каждый миг бесценный клад.
Философия сердца
Не оплакивай прошлого, друг, не жалей,
И о будущем также печали не лей.
Наслаждайся настоящим разумно и мудро —
В нашей власти лишь день, что проходит скорей.
Кубок за любовь
Пока живём — с любимой будем вместе,
Поднимем кубок, сядем в тесном кресле.
Когда умрём — из праха нашей плоти
Пусть кубок сделают, наполнят снова лестью.
Сад наслаждений
Взгляни на розу — утром расцвела,
А к вечеру осыплется она.
Так жизнь проходит — миг за мигом тает,
Лови же счастье, пока не умчалась весна.
Призыв к любимой
О, сердце! Ты влюбилось — и не жалей,
Люби, пока горит огонь страстей.
Не слушай тех, кто учит осторожности —
Живи любовью, будь смелей, смелей!
Под сенью роз
Вино и милая — вот радости земные,
Подруга верная, уста её живые.
Пусть говорят: «Грешишь!» — я не послушаю,
Мне дороже эти мгновенья золотые.
Чаша счастья
Любовь — вино, что пьянит без меры,
Любовь — огонь, что горит без веры.
Не спрашивай, откуда страсть берётся —
Довольствуйся, что есть в душе пещеры.
Мудрость влюблённого
Когда с любимой рядом ты возлёг,
Забудь о том, что ждёт тебя итог.
Сегодня — праздник, завтра — неизвестность,
Лови же счастье, пока ты смог.
Утренняя роза
Налей вина! Пусть льётся в кубок алый,
Пусть розы нас окутают, усталых.
С любимой рядом — вот земной мой рай,
Не нужен мне иной, в садах небесных, дальних.
Песнь о страсти
Твой взгляд — вино, что душу опьяняет,
Твой локон — сеть, что сердце уловляет.
О, милая! Пока мы вместе дышим,
Пусть каждый миг любовью процветает.
Возлюбленной моей
Люби меня такого, как я есть,
Не требуй совершенства — в том не честь.
Мы оба несовершенны, как сосуды —
Но вместе мы составим благую весть.
Прощание с весной
Весна уходит — с ней уходит младость,
Любовь горит — но гаснет её сладость.
Так насладись же тем, что есть сегодня,
Ведь завтра превратится всё в усталость.
Рубаи Омара Хайяма о любви — это философская лирика, где земная страсть переплетается с размышлениями о бренности бытия и мимолетности счастья. В четырех строках персидский мудрец умещает целую вселенную чувств: томление разлуки, упоение близостью, тоску по возлюбленной и радость мгновения. Любовь для Хайяма — не просто эмоция, а способ противостоять небытию, единственная ценность в мире, где все преходяще. Вино, розы, уста любимой и философское смирение перед судьбой образуют неповторимую мозаику его поэзии. Эти пятнадцать рубаи передают дух оригинальных стихов великого персидского поэта и мыслителя.
Украшение людей
В этом мире любовь — украшенье людей,
Быть лишенным любви — это быть без друзей.
Тот, чье сердце к напитку любви не прильнуло,
Тот — осёл, хоть не носит ослиных ушей!
День без любви
О горе, горе сердцу, где жгучей страсти нет,
Где нет любви мучений, где грёз о счастье нет.
День без любви — потерян: тусклее и серей,
Чем этот день бесплодный, и дней ненастней нет.
Поцелуи любимой
Дай вина! Здесь не место пустым словесам.
Поцелуи любимой — мой хлеб и бальзам,
Губы пылкой возлюбленной — винного цвета,
Буйство страсти подобно её волосам.
Сокровенная тайна
Сокровенною тайной с тобой поделюсь,
В двух словах изолью свою нежность и грусть,
Я во прахе с любовью к тебе растворюсь,
Из земли я с любовью к тебе поднимусь.
Кипарис и лал
С той, чей стан — кипарис, а уста — словно лал,
В сад любви удались и наполни бокал,
Пока рок неминуемый, волк ненасытный,
Эту плоть, как рубашку, с тебя не сорвал!
Рай на земле
Рай здесь нашел, за чашею вина, я
Средь роз, близ милой от любви сгорая.
Что слушать толки нам про ад и рай!
Кто видел ад? Вернулся кто из рая?
Вечная верность
Любя тебя, сношу я все упрёки
И вечной верности не зря даю зароки.
Коль вечно буду жить, готов до дня Суда
Покорно выносить гнёт тяжкий и жестокий.
Дороже жизни
Ты, кого я избрал, всех милей для меня.
Сердце пылкого жар, свет очей для меня.
В жизни есть ли хоть что-нибудь жизни дороже?
Ты и жизни дороже моей для меня.
Пучина любви
Цвет рубину уста подарили твои,
Ты ушла — я в печали, и сердце в крови.
Кто в ковчеге укрылся как Ной от потопа,
Он один не утонет в пучине любви.
Словно солнце
Словно солнце, горит, не сгорая, любовь,
Словно птица небесного рая — любовь.
Но еще не любовь — соловьиные стоны,
Не стонать, от любви умирая, — любовь!
Хочешь любви
Хочешь тронуть розу — рук иссечь не бойся,
Хочешь пить — с похмелья хворым слечь не бойся.
А любви прекрасной, трепетной и страстной
Хочешь — понапрасну сердце сжечь не бойся!
Основа жизни
Изначальней всего остального — любовь,
В песни юности первое слово — любовь.
О, несведущий в мире любви горемыка,
Знай, что всей нашей жизни основа — любовь!
Не забудь любви
Из края в край мы держим к смерти путь;
Из края смерти нам не повернуть.
Смотри же, в здешнем караван-сарае
Своей любви случайно не забудь!
Роза любви
Кто розу нежную любви привил
К порезам сердца, — не напрасно жил!
И тот, кто сердцем чутко слушал бога,
И тот, кто хмель земной услады пил!
Позавидует султан
О, если б, захватив с собой стихов диван
Да в кувшине вина и сунув хлеб в карман,
Мне провести с тобой денек среди развалин, —
Мне позавидовать бы мог любой султан.